🔸В политике даже 24 часа — очень долгое время. Всё может измениться в любой момент, однако. 🔸Я согласен с его взглядами; когда вместе читаешь оценки надежных экспертов по внешней политике и аналитиков по безопасности, чьи мнения часто цитируются, возникает осторожное, но преобладающее мнение о том, что потенциальные действия Трампа против Ирана обусловлены такими факторами, как необходимость поддержания имиджа «сильного лидера» в внутренней политике, желание послать сдерживающее сообщение союзникам и избирательные соображения. Однако одновременно рефлекс избегать долгого и дорогостоящего конфликта, осторожные советы военного бюрократического аппарата, риск создания колебаний на энергетических рынках и желание не полностью закрывать дипломатическое пространство для маневров делают более вероятным, что это останется в форме ограниченных, взвешенных и символических шагов или косвенных инструментов давления, поддерживаемых жесткой риторикой, а не масштабной войны.
Посмотреть Оригинал
На этой странице может содержаться сторонний контент, который предоставляется исключительно в информационных целях (не в качестве заявлений/гарантий) и не должен рассматриваться как поддержка взглядов компании Gate или как финансовый или профессиональный совет. Подробности смотрите в разделе «Отказ от ответственности» .
#WillTrumpTakeActiononIran?
🔸В политике даже 24 часа — очень долгое время. Всё может измениться в любой момент, однако.
🔸Я согласен с его взглядами; когда вместе читаешь оценки надежных экспертов по внешней политике и аналитиков по безопасности, чьи мнения часто цитируются, возникает осторожное, но преобладающее мнение о том, что потенциальные действия Трампа против Ирана обусловлены такими факторами, как необходимость поддержания имиджа «сильного лидера» в внутренней политике, желание послать сдерживающее сообщение союзникам и избирательные соображения. Однако одновременно рефлекс избегать долгого и дорогостоящего конфликта, осторожные советы военного бюрократического аппарата, риск создания колебаний на энергетических рынках и желание не полностью закрывать дипломатическое пространство для маневров делают более вероятным, что это останется в форме ограниченных, взвешенных и символических шагов или косвенных инструментов давления, поддерживаемых жесткой риторикой, а не масштабной войны.